Тимофей Михайлович Михайлов р. 22 январь 1859 ум. 3 апрель 1881

Материал из Родовод.

Запись:729969
Перейти к: навигация, поиск
Род Михайловы
Пол мужчина
Полное имя
от рождения
Тимофей Михайлович Михайлов
Родители

Наталья Савельевна Савельева [Савельевы]

Михаил Нефедович Нефедов [Нефедовы]

Вики-страница wikipedia:ru:Михайлов,_Тимофей_Михайлович

События

22 январь 1859 рождение: Гаврилово, Смоленская губерния, Российская империя

3 апрель 1881 смерть: Санкт-Петербург, Российская империя

Заметки

Тимофе́й Миха́йлович Миха́йлов (22 января (3 февраля) 1859, Гаврилово, Смоленская губерния — 3 (15) апреля 1881, Санкт-Петербург) — русский революционер, член «Народной воли», участник покушения на царя 1 марта 1881 года.

В середине 1870-х, Михайлов работал чернорабочим на нескольких фабриках Санкт-Петербурга. Вскоре он стал участником организации Земля и воля, позднее — членом «Народной воли».

Принимал активное участие в удавшемся покушении на царя Александра II 1 марта 1881 года. 3 марта был арестован и позже приговорён к смертной казни. Повешен 3 (15) апреля 1881 года. Дважды веревка не выдерживала его веса, его поднимали и вешали повторно, что вызвало бурю негодования в толпе свидетелей казни.

О себе

Зовут меня — Тимофей Михайлов, другой фамилии нет. От роду имею — 21 г., вероисповедания — православного. Проживаю — на углу Дегтярной и 5-й ул. Песков, дом 33/14, кв. 10, по паспорту на имя мещанина г. Чернигова Сергея Иванова Лапина. Средствами к жизни служат — заработанные деньги мастерством котельника. Звание мое — крестьянин Смоленской губернии Сычевского уезда Ивановской волости дер. Гаврилово. Родился — в названной выше деревне. Воспитание—не получил. ...Я имею отца Михаила Нефедова, мать Наталью Савельеву, сестер Маланью и Матрену и братьев Григория и Степана, из коих отец, и мать, и брат Степан живут на родине, сестры замужем, недалеко от нашей деревни, в селе, а брат Григорий здесь служил месяц тому назад на заводе Матверзена чернорабочим, а где в настоящее время служит и живет, не знаю. Шесть лет тому назад я приехал в Петербург с целью найти себе здесь работу и в течение этого времени работал на заводах Растеряева, Голубева, Петрова и Матверзена. С последнего завода я вышел назад тому месяц, так как работа моя недостаточно оплачивалась. Во все время моей жизни в Петербурге я два раза уезжал в деревню не более как на два месяца. Последний раз я возвратился из деревни в марте месяце 1880 г. Жил я здесь на разных квартирах. Я признаю себя принадлежащим к русской социально-революционной партии и “держусь террористического направления”. Выразилась ли в чем-либо моя активная деятельность революционера-террориста и как я стоял по отношению к террористической деятельности партии вообще и в частности к событию 1 марта сего года, именно к покушению на жизнь священной особы ныне почивающего в бозе Государя Императора Александра Николаевича, я отвечать не желаю. С месяц тому назад я сделался нелегальным, и от кого получил паспорт на имя Лапина, а также о... прежних квартирах ничего сказать не желаю."

Разное

...

На спинку скамьи облокотился Тимофей Михайлович Михайлов, молодой, удалой и непокорный парень из деревни Гаврилково на Смоленщине. Работал в Питере на заводе, он всей душой вошел в революцию. При аресте не сдался без борьбы, выпустив шесть пуль, из которых три попали в полицейских. Он весь полон силы и энергии. Это живое воплощение борьбы символизирует недавно народившуюся силу молодого рабочего класса, которому предстоят великие свершения.

Приговор суда над первомартовцами вступил в законную силу 31 марта 1881 года в 5 часов дня. Приведение приговора в исполнение было назначено на 3 апреля в 9 часов утра в Петербурге на Семеновском плацу. О предстоящей казни было широко оповещено население. На перекрестках улиц было вывешено следующее правительственное сообщение:

«Сегодня, 3 апреля в 9 часов утра будут подвергнуты смертной казни через повешение государственные преступники: дворянка Софья Перовская, сын священника Николай Кибальчич, мещанин Николай Рысаков, крестьяне Андрей Желябов и Тимофей Михайлов, Что касается преступницы Гельфман, то казнь ее, ввиду ее беременности, по закону отлагается до выздоровления».

Накануне казни 2 апреля в 8 часов вечера были сняты часовые, стоящие у камер, в которых содержались приговоренные к смертной казни. По распоряжению тюремного смотрителя строго запрещалось кому бы то ни было находиться в коридорах, по которым расположены эти камеры.

Немедленно по снятии часовых к тюремному зданию подъехали две кареты: из каждой вышли по два человека; один из них был военный, а трое статские. Двое статских держали под мышкой сверток, обернутый в черную клеенку, величиной в среднюю шкатулку, и желая, по-видимому, скрыть эти свертки от постороннего глаза, они прикрывали их длинными плащами, на-•кинутыми на плечи.

Вошедшие в здание тюрьмы все четверо быстрыми шагами направились к камере, в которой заключался Кибальчич. Военный отворил ключом дверь этой камеры; все четверо вошли туда и пробыли там сорок минут.

Из камеры Кибальчича они пошли в камеру Желябова, в которой пробыли около часу.. Выйдя из камеры Желябова, они направились в камеры Перовской, Михайлова и Рысакова. В 11 часов этот военный и трое статских прошли коридор и направились к дверям, ведущим на улицу. Немедленно после вы хода их из тюрьмы, к дверям камер, в которых помещались заключенные приговоренные к казни, опять приставлены были часовые.

С каторжной колесницы, на которой везли 3 апреля на казнь пять пер вомартовцев, сынов и дочерей великого русского народа, ясно и отчетливо раздались следующие слова:

- Нас пытали. Расскажите! - а в толпе, которая находилась недалеко от виселицы, послышалось трижды:

— Слышите, их пытали...»

Посещение Рысакова 2 апреля, накануне смертной казни, жандармским подполковником Никольским и товарищем прокурора Петербургской судебной палаты Добржинским документально подтверждается письменным показани ем Рысакова от 2 апреля 1881 года. Он указывает всех известных ему нелегальных лиц, дает подробные сведения о помощнике Кибальчича Григории Исаеве. Умоляет о поселении на Сахалине или в Сибири. Он пишет:

«...Я товар, а вы - купец...»

Рысаков обещает открыть «наверное типографию и, пожалуй, две-три квартиры».

Власти уже выведали все, что возможно, о знакомствах Рысакова среди рабочих и в студенческой среде. Все, кого он назвал, на кого намекнул все были схвачены и поплатились жестоко - от тюрьмы до каторги.

Рысаков обнаружил свою полную ненужность для следствия, и утром 3 апреля был казнен.

После казни, 22 мая 1881 года была издана прокламация, напечатанная от имени «мирных обывателей», в типографии «Земли и воли» под названием «Суд и пытка». В ней сказано:

«Кончился этот знаменитый, «гласный, скорый, правый и милостивый суд», прочитали приговор о смертной казни, и вот... началось то злодейское, ехидное и подлое истязание, которое в середине века называлось пыткой, а в наши... но пусть каждый человек с чувством и мыслью сам даст кличку этому позорному деянию. Да, был суд и была пытка...

Преступники пробовали во всеуслышание кричать народу о перенесенных мучениях, произведенных над ними в промежуток между «справедливым» судом и казнью. Но только одному несчастному Рысакову удалось произнести ужасающе по лаконизму слова:

- Нас пытали!

Барабанный бой прекратил дальнейшее».

Свидетельство этой прокламации не может считаться вполне достоверным. Всего меньше оснований было пытать Рысакова. Он охотно рассказал все, что мог. Исписал перед смертью кучу листов, обещал говорить еще больше, лишь бы ему сохранили жизнь.

Но все же слухи о пытках имели под собой некоторую основу. Мучителем могло руководить желание не только выведать, например, у Желябова тайну организации «Народной воли» - вряд ли они надеялись на успех, но и отомстить ему, унизить его, вырвать стон боли или мольбу о пощаде у человека, который смеялся над палачами. Допрос Кибальчича в «узком кругу» мог иметь целью выведать имена неназванных им помощников - изготовителей бомб.

Когда помощники палача подняли гробы и сносили их на плечах с эшафота на телеги, толпа, точно по сигналу, обнажила головы, осеняя себя крестным знамением.

— Упокой, господи, души рабов твоих.

- Прости, господи, их прегрешения.

— Царство им небесное.

Чувствовалась общая подавленность, чувствовался на лицах у всех ужас, тяжелое переживание и слышались опять голоса:

- Даже женщину не помиловали.

Видно было, что в народных душах происходил какой-то разлад... Народ расходился с Семеновского плаца тихо, сосредоточенно. У многих глаза были заплаканы.

...

Дождавшись, когда могила была засыпана и замаскирована, пристав повел меня в контору и там приказал расписаться в том, что я принял от него пять трупов и похоронил их без всякого отпевания. Пристав предъявил также особый акт о похоронах и приказал расписаться в пяти местах, под фамилией каждого из казненных. После этого у меня — как смотрителя кладбища, была взята подписка о том, что я никогда и никому не назову имен тех, кого похоронили, и где находится их могила. Я принужден был расписаться.

Пристав ушел из конторы, попрощался с казаками и ушел на станцию. Тотчас же уехали в Петербург и казаки.

Управившись с делами в конторе, я пошел к себе на квартиру и заметил, что за мной следит какой-то человек. Это был охранник, который следил за мной потом несколько лет подряд изо дня в день.

Спустя года два после похорон ко мне на кладбище явилась старушка и, обливаясь слезами, стала меня упрашивать показать ей могилу казненных на Семеновском плацу, говоря, что она мать Софьи Перовской. Боясь наказания, зная, что за мной неотлучно следит охранник, я не сказал матери, где покоится прах ее дочери.

На следующий день после посещения кладбища матерью С. Перовской, меня вызвали в охранное отделение, начали допытываться, что я говорил той старухе, которая была вчера. Я хотел было отказаться заявив, что никакой старухи я не видел. Тогда меня повели в другую комнату и там показали Варвару Степановну Перовскую - мать Софьи. Я вынужден был признаться, что Перовская у меня была, спрашивала о могиле, но я не сказал ей. Меня отпустили, но надзор за мной и за местом похорон усилили».

Лишь спустя десяток лет царские жандармы стали забывать о могиле и ослабили надзор за ней. Тогда группа революционно настроенной молодежи из числа студентов задумала разыскать братскую могилу первомартовцев. Старый могильщик за «на чаек» свел студентов в конце кладбища к забору, где была свалка всякого мусора и старых высохших венков с могил и, указывая пальцем, сказал:

- Вот там мы зарыли их, сердечных, я им яму копал...

Никакого бугорка над могилой заметно не было. На поле студенты сплели из полевых цветов большой венок и повесили его над могилою на заборе..."

Братскую могилу первомартовцев до сих пор отыскать так и не удалось.

После казни первомартовцев Исполнительный комитет «Народной воли» обнародовал прокламацию, в которой было сказано:

«3 апреля между 9 и 10 часами утра на Семеновском плацу в Петербурге приняли мученический венец социалисты: крестьянин Андрей Желябов, дворянка - Софья Перовская, сын священника Николай Кибальчич, крестьянин Тимофей Михайлов и мещанин Николай Рысаков,

Суд над мучениками творили царские сенаторы, приговор диктовал Александр III, он же и утвердил его.

Итак, новое царство обозначилось. Первым актом самодержавной воли Александра III было приказано повесить женщин. Не выждав еще коронации, он оросил престол кровью борцов за народные права.

Пусть так!

С своей стороны над свежей могилой наших дорогих товарищей, мы подтверждаем всенародно, что будем продолжать дело народного освобождения. На этом пути не остановят нас виселицы, как не останавливали они в прошлое царствование целый ряд борцов, начиная с Соловьева, продолжая Ковальским, Виттенбергом, Логовенко, Лизогубом, Чубаровым, Давиденко, Осинским, Антоновым, Брандтнером, Горским, Бильчанским, Федоровым, Дубровиным, Дробязгиным, Малинкой, Майданским, Розовским, Лозинским и кончая Млодецким, Квятковским и Пресняковым.

Тотчас после 1 марта Исполнительный комитет обнародовал послание к императору Александру III, в котором доказывал, что единственным средством к возврату России на путь правильного и мирного развития является обращение верховной власти к народу.

Судя по событию 3 апреля, верховная власть выбрала иной путь - путь обращения к Фролову, знаменитому сподвижнику в бозе почившего Александра II.

Пусть так!

Откладывая оценку общей политики Александра III на ближайшее будущее, Исп. ком заявляет теперь же, что реакционная политика по традициям Александра II неизбежно приведет к последствиям, еще более пагубным для правительства, чем 1 марта, предшествуемое заговорами Николаевским, Одесским, Александровским, Московским и двумя Петербургскими.

Исп. ком обращается с призывом ко всем, кто не чувствует в себе инстинктов раба, кто сознает свой долг перед страждущей родиной — сомкнуть свои силы для предстоящей борьбы за свободу и благосостояние русской земли.

Исп. ком., 4 апреля 1881 г. Типография «Народной воли», 5 апреля 1881 г.»


Ближайшие предки и потомки

Родители
Родители
 
== 2 ==
Тимофей Михайлович Михайлов
рождение: 22 январь 1859, Гаврилово, Смоленская губерния, Российская империя
смерть: 3 апрель 1881, Санкт-Петербург, Российская империя
== 2 ==

Личные инструменты
Генеалогические исследования в архивах Украины
Ваш Е-адрес*
Ваше имя*
Ваша фамилия*
Почтовый индекс места проживания ваших предков в Украине*
Capcha*

Reload
the service is provided by Genealogical Society «Ridni»